Вика Мельникова
Жених для васконки
Вместо пролога
Последний закатный луч, высветил верхушки деревьев изображенных на витраже, и радостно ворвался в комнату, стремясь осветить как можно больше, пока это еще позволяла ситуация. Наглый пучок света даже не обошел своим вниманием двух мужчин в комнате, самым возмутительным образом пройдясь по рыжим кудрям обоих.
Если бы дерзкий луч только знал, что посмел высветить, словно одуванчик, прическу самого монарха! Определенно бы неугомонный отблеск заката проникся бы ситуацией и не стал бы столь своевольно блуждать по комнате.
Его Величество Луи был еще в самом расцвете лет, хотя и излишне полноват. Его новая фаворитка, взятая почти с улицы белошвейка, была дамой не только очаровательной, но и большой любительницей покушать. Женщина частенько кормила своего «любимого Луи» с рук, отламывая самые лакомые кусочки, словно сам король не разглядел бы такой вкусных блюд на обеденном столе. Сейчас мужчина буравил глазами стоявшего перед ним в вольготной позе сына.
По мнению монарха, отпрыску надо было выражать всем обликом почтение и повиновение или, хотя бы, некое подобие. Сам Его Величество до сих пор немного робел перед отцом, воспитывавшего сына твердой рукой. Но… Луи-Батист слишком мало времени провел во дворце под присмотром родителя и слишком много с дядей — Арно де Грамоном, вложившего в голову дофина кучу чепухи. Впрочем, Луи понимал, что пожинает плоды своего воспитания, точнее отсутствия оного. Старший сын всегда был лишним напоминанием долга и собственного незавидного положения. Не удивительно, что от подобной обузы королю хотелось как можно скорее позабыть, пока не пришло время новой «первой крови».
Луи-Батист же не разделял возмущений отца: юноша расслаблено и спокойно смотрел на своего монарха. Дофин был уверен в своем выбор и уж точно не позволил бы никому выставить его порыв с защитой академии, как глупость. Ну уж нет! Решение Луи принял тщательно обдумав и, хотя дядя убеждал его уехать, поступиться с собственной совестью принц не мог.
— Дерзкий щенок! — возмущенно воскликнул мужчина, прекратив буравить сына взглядом и приподнимаясь на троне, — юнец решивший, что может брать на себя такую ответственность! Ты мог погибнуть! Что тогда бы стало со страной, ты подумал?
Конечно, короля не столько заботило, что станет со страной, но войти в историю как печально известный правитель, при котором пал купол — не хотелось. Народ жесток и наверняка бы выставили монарха в самом плохом свете: что сказала бы чернь, не зная истиной подоплеки возникновения защиты над Франкией? Восприняла бы как знак свыше!
Луи давно знал, что периодические мерзкие памфлетисты начинают разбрасывать листовки с стишками о любвеобильности монарха. Как будто бы его фаворитки хоть как-то вредят стране! Ни на одну из любовниц Луи не тратил средства из казны. Только личный доход от поместьев и земель.
Но, пока есть купол, простым франкийцам все равно на похождения короля. Некоторые даже отшучивались, что ого-го мужчина! В самому соку раз его хватает и на жену и на любовницу. Народ продолжал верить в счастливый брак монаршей четы, несмотря на многочисленных фавориток, и эта вера тщательно поддерживалась тайной службой короля.