Медина Мирай
Река моих сожалений
«Если вы не будете ходить на похороны других людей, они не придут на ваши».
© Медина Мирай, текст, 2019
© Дарья Орешина, иллюстрация на обложке, 2020
© ООО «Издательство АСТ», 2020
1
– Ганн, неужели ты вытащил меня из дома в эту дыру только для того, чтобы показать выступление какого-то гребаного хиппи?
– Во-первых, не вытащил, а культурно привел в лучший клуб Лос-Анджелеса. А во-вторых, этот парень – не какой-то гребаный хиппи, а восходящая звезда. Правда, пока только в узких кругах.
23 августа 1994 года, 23:01. Богемное общество Лос-Анджелеса начало охоту за удовольствиями в самых экзотичных клубах с плохой, по мнению обычных работяг, репутацией. Одним из таких заведений был PRIVATE CLUB. Он чем-то напоминал синюю обувную коробку из-за крыши с завернутыми выпуклыми краями. Фасад небольшого одноэтажного заведения был облицован темным кирпичом, а металлический козырек с тонкими колоннами покрывало темное пластиковое стекло.
Если вы богаты и не прочь прожечь пару тысяч долларов за одну ночь, хотите побаловать себя первосортной выпивкой, случайными связями и выступлениями восходящих звезд, которых через год либо будет знать вся страна, либо найдут в собственной блевотине в каком-нибудь придорожном мотеле, то PRIVATE CLUB просто создан для вас.
Находясь в самом конце Лидстрип-стрит, он умудрялся каждую ночь набиваться посетителями до отказа. Цена на пропуск составляла около пятисот долларов. Эта пластиковая карточка – доказательство того, что ты готов отдать хозяину клуба как минимум столько же за одну ночь. И неважно, снимаешь ты кого-то, покупаешь коктейль либо наркотики или заказываешь выступление – стоили все эти удовольствия дорого.
Мы с Ганном приближались к клубу, неспешно прогуливаясь по освещенной Лидстрип-стрит.
В глаза порой бил яркий свет фар несущихся навстречу машин, заполненных пьяными шумными детишками богатеев со своими живыми куклами.Ганн рисковал свернуть себе шею, разглядывая проходящие мимо пьяные компании. Ему было тридцать шесть, но выглядел он на все сорок пять из-за вечно растрепанных золотистых волос до плеч, небритого лица и потускневшей из-за алкоголя и сигарет кожи. В последнее время цвет его лица приобрел грязно-зеленоватый оттенок. Если его умыть, побрить, хорошенько причесать, заставить месяц качаться, чтобы хотя бы убрать дряблость рук, выпятить вперед впалую грудь, выпрямить осанку и подобрать ему приличную одежду, выбросив старые растянутые рубашки с обесцветившимися штанами, то он стал бы похож на Тора из комиксов «Марвел».
Тор – мой любимый персонаж. А Ганн – мой
– Поверь мне, Питер, – размахивая руками, Ганн чуть не задел влюбленную парочку. – Вы должны познакомиться. Он делает успехи в музыке, которой ты хочешь заняться, а ты делаешь успехи в кино, которым хочет заняться он.
– Мои попытки пробиться в большое кино уже можно называть успехами?
– Учитывая твой возраст и то, что тебе не пришлось ни с кем спать ради главной роли, – да.